1. Окситонные имена существительные с основой на -i жемайтских дунининкских говоров в творительном падеже множественного числа сохраняют полное окончание -imis. В силу смешения основ творительный падеж множественного числа всех окситонных существительных с основой на -ė в этих же говорах имеет окончание -imis наряду с сокращенным -ėms. Но окончание существительных с основами на -о и на -ė в формах того же падежа в указанных говорах сокращается. Напр., rañkoms, katė̃ms (вместо литер, rañkomis, katėmìs) 'руками', 'кошками'. Исчезновению конечного -i- в окончании -ėms (<ėmis), скорее всего, способствовала неодновременная оттяжка ударения с краткого окончания на долгий и на краткий предпоследний слог. Так как процесс оттяжки ударения с краткого окончания на долгий предпоследний слог наблюдался в этих говорах раньше, чем на краткий предпоследний слог, данное окончание существительных с основами на -ė и на -о, стало безударным и создались условия для исчезновения гласного i, а окончание существительных с основой на -i в указанном падеже сохранилось без изменения. Подобный процесс развития указанного окончания наблюдается и в парадигме числительных и местоимений.
2. Отмечается, что древние сочетания bj, pj начала слова в некоторых литовских говорах спорадически превратились в сочетания bl', рl', как и в родственном латышском языке, напр.: bliùrti<bjurti 'портиться'. Результатом такого превращения является, скорее всего, и звукосочетание рl' слова pliauskà (<*pjauska) 'отрезанный кусок полена, плаха'.
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.